Лихорадка летнего отдыха

«Мир — это книга, из которой я узнал больше всего», — писал Карло Гольдони, один из величайших мастеров итальянской драматургии. В его произведениях этот мир искрится и бурлит с необычайной силой благодаря людям, их разговорам и повседневным ситуациям. Создавая простые, подлинные, убедительные и доступные истории, Гольдони изображает человеческие отношения изнутри, раскрывая их во всём многообразии оттенков и превращая в метафору самого мира. В XVIII веке, омрачённом неопределённостью будущего и пронизанном необъяснимой жестокостью, казалось, что Европу вскоре ждёт переломный момент, который навсегда изменит облик общества. Гольдони глубоко человечен: он способен окружить людей любовью и теплом, даже когда беспощадно их критикует. В своих произведениях драматург вышел за пределы своего времени, постигнув состояние современного человека и волнующие его проблемы. Он подчёркивал важность женского характера в то время, когда женщины ставили под сомнение глубоко укоренившуюся традиционную роль в обществе. Его мастерство блестяще раскрывается в монументальной «Трилогии об отдыхе», состоящей из трёх пьес: «Лихорадка летнего отдыха», «Летние приключения» и «Возвращение с летнего отдыха». Этой осенью режиссёр Габриеле Туминяйте представит первую пьесу трилогии — «Лихорадка летнего отдыха» — в Вильнюсском малом театре. Ливорно. Персонажи в лихорадочной спешке готовятся отправиться на летний отдых в загородные виллы. В центре внимания — ревность Леонардо к своей невесте Джачинте, за которой также ухаживает молодой Гульельмо. В отчаянной спешке они пренебрегают и финансовыми, и моральными нормами, поддавшись тщеславию. Они надеются, что, уехав на виллы — в это волшебное «другое место», — смогут реализоваться как личности, а проблемы, от которых они бегут, решатся сами собой. Но вскоре становится ясно: проблема гораздо глубже — в полной неспособности управлять собственной жизнью, которая на полном ходу несётся к пропасти. Персонажи постоянно мечутся между тревогой, ревностью, вспышками гнева и раздражением; темп спектакля всё ускоряется, а напряжение нарастает до безумия. Словно одержимые этим массовым бегством, они бросают собственные дома — свой театр, — оставляя их захламлёнными, разграбленными и опустошёнными, и спешат в другое, «лучшее» место в надежде стать теми, кем им обещали: более талантливыми, красивыми и известными.