Мольер: «Тартюф»

Перевод с французского — Алксис Чургинас

Режиссёр Оскарас Коршуновас: «Тартюф — “герой” нашего времени: законченный оппортунист, карьерист, прагматик и распутник. Ради достижения своих целей этот персонаж не остановится ни перед чем. Конечно, в этой постановке он не притворяется святым; скорее, он превосходный специалист по связям с общественностью, который понимает: нет лучшего средства обмануть доверчивых, чем мораль, которой он цинично манипулирует. Лицемерие и ложь — всего лишь способ сформировать свой образ, а обогащение за чужой счёт — доказательство силы и превосходства. Тартюфы всегда исповедуют “религию” своего времени. При Мольере они пробрались в церковь, в советское время — в партию, а теперь они повсюду, где властвует Мамона: в банках, политике и так далее. Они всегда идеологически безупречны и умеют облечь самые дурные поступки в самые благородные слова. Мировой финансовый кризис — следствие тартюфства. Сегодня в Литве эта комедия особенно актуальна: здесь тартюфство процветает. В этой постановке я не придерживаюсь исключительно классических условностей: в ней есть и текстовые, и действенные провокации. Сам Мольер задаёт интересные условия для постановки пьесы. Этот автор проницателен и актуален. Ни одна пьеса в мире не вызывала такого громкого скандала, как “Тартюф”. Это было первое драматическое произведение, ставшее международным событием и столкнувшее одно из величайших государств с самой влиятельной властью — сверхдержавой, папским двором. В Литве я вижу тартюфство не в церкви, а среди современных чиновников, в современной политике и бизнесе, где так много красивых фраз, за которыми прячется коррупция. Как легко и цинично людьми манипулируют с помощью пропаганды и связей с общественностью… В постановке это узнаваемо. К сожалению, следующее поколение не честнее. Оно лишь лучше подготовлено к манипуляциям, что особенно ярко проявилось в скандале с либералами. Либералы открыто говорили, что придут покончить с коррупцией, но предложили нам самый большой кусок коррупционного пирога, который мы теперь делим».»